|
Жизнь замечательных людей |
...И вся жизнь
В марте 2006 года ушёл из жизни замечательный человек, прекрасный художник Феликс Тебиев. Известие об этом потрясло многих на Камчатке и далеко за ее пределами. Все мы еще долго будем привыкать к мысли, что нет больше среди нас человека, который поражал своей энергией, крепостью духа, обаянием; который всегда становился душой любой компании. В такие минуты остро ощущаешь, что в твоей душе образовалась еще одна пустота…
Но с нами остались картины Феликса Гадзеевича. Еще будут реализовываться задуманные им проекты. И его имя еще будет вспоминаться и на новых выставках, и в дружеских застольях.
Незадолго до его кончины, в мастерской Феликса Тебиева побывала корреспондент "ПК". И сегодня мы публикуем запись той, увы, последней беседы. А в ближайшее время в выставочном зале нашего сайта откроется выставка Феликса Тебиева, на основе которой будет образована его Интернет-картинная галерея.
Искандер ХАКИМОВ.
На пятом этаже Дома быта «Камчатка» располагается мастерская заслуженного художника России Феликса Гадзеевича Тебиева. Выглядит она именно так, как и должно выглядеть место, где творит и работает талантливый человек. Сказочную атмосферу создает и стоящий в углу старый рояль, и развешенные на стенах картины и фотографии, и церковный колокол, висящий под потолком, и огромный камин, украшенный сувенирами. А главное – это старинные часы, боем курантов отбивающие время, и толстый черный кот с перевязанным ухом. Мольберты, кисти и краски, которые здесь по всюду завершают образ. Вот, вижу, на холсте изображена лилия, одиноко стоящая в вазе, и только потом замечаю эту же лилию, но уже настоящую.
- Это я руку разрабатываю, после болезни – поясняет художник, - ничего страшного, болезнь возрастная, но вам, молодым, лучше пока такого не знать.
- Краска еще свежая, а, сколько по времени занимает нарисовать такую картину? – спрашиваю я.
- Сейчас редко задают этот вопрос, чаще интересуются стоимостью картин. Но и на тот, и на другой вопрос я отвечаю своим любимым анекдотом.
Приезжает богатый человек на выставку, видит картину и хочет ее купить.
К нему подходит работник зала:
- Эта картина стоит 50 тысяч долларов.
Миллионер немного смущен:
- Такая маленькая картина и стоит таких больших денег. Почему?
Подходит сам автор работы. Миллионер спрашивает у художника:
- Сколько времени уходит на то, чтобы нарисовать такую маленькую картину?
15 минут. И вся жизнь.
Критерий времени в рисовании идет от того, что я умею делать. Раньше нас учили, что настоящий художник должен всю жизнь писать картину и не должен быть удовлетворен. И действительно, полное удовлетворение приходит редко. Я не могу себя настроить оценивать свои работы как зритель, поэтому мне постоянно хочется что-то изменить или переделать. Очень важно получать удовольствие от процесса работы. А вот мысли, что вот, я достиг предела, работа совершенна, быть не должно. Ведь остановка – это конец творчества.
Сейчас слово «художник» до того затерли, что вот человек нарисовал плакат и уже гордо называет себя художником. Художником человек не становится даже после долгой учебы, а только после многих лет напряженной работы. Настоящим художником я считаю того человека, который полностью отдает себя любимому делу.
- А вы продаете свои работы?
- Нет. Работы я не продаю, потому что слишком большие расхождения о стоимости картин между мною и предполагаемыми покупателями. Не хочу расстраивать ни себя, ни людей. Очень давно, в 91-м году была у меня одна история. Ко мне в мастерскую привели японцев. Они стали спрашивать стоимость работ. Подобный вопрос мне тогда задавали первый раз, и я очень растерялся. В итоге назвал сумму в $200, а они засмеялись, думали, что я шучу. Немного подумав, я сказал: «$400», тогда они поняли, что я говорю серьезно, и объяснили, что такие работы стоят не меньше $5000. Туристы захотели купить некоторые мои картины и попросили меня подготовить на них документы, что бы на обратном пути они могли их забрать. Дело было в fвгусте, и буквально на той же неделе случился переворот, поэтому японцы покинули страну, так и не заехав ко мне.
Занятия рисованием никогда не приносили постоянного дохода, это лишь разовые заработки. Сейчас, с приходом капитализма, культуру загнали в угол. Мне кажется, что руководители, которые всем этим занимаются как коты, слизывающие сливки с верху, настоящей культуры у них ноль. Хотя все считают себя культурными и даже пытаются создавать видимость образованности, но если это не заложено с малых лет, то откуда оно возьмется? Разве раньше было такое, чтобы Третьяковка устраивала выставки за деньги? А отталкиваться-то нужно не от прибыли, а от культуры. Пока ко всему этому будет такой подход как сейчас, государство будет оставаться бедным. Раньше дворяне очень много рисовали, музицировали, занимались танцами и писали стихи, поэтому и уровень жизни был высоким. Сейчас государственные учреждения отдали в частные руки, вот они и ведут себя как частники. Область мне помогает, дает денег. Но уже много раз предпринимались попытки выселить меня из мастерской, предпринимателям гораздо выгоднее было бы разместить тут магазин. Помещение здесь очень хорошее, моя мастерская располагается в нем более десяти лет, мне не хотелось бы из него выезжать.
Вы родились в Северной Осетии, как же так получилось, что вы попали на Камчатку?
- После восьмого класса я поступил в художественное училище. После его окончания, во время распределения был направлен в Астрахань, а одна однокурсница изъявила желание уехать на Камчатку. Однако, когда дело дошло до решительного шага, девушка передумала и предложила "махнуться" путевками. Так я и попал на Камчатку. Когда был молодой, смена климата меня нимало не смущала. Я зимой в сорокаградусный мороз снегом обтирался. В с. Тигиль я работал учителем. Преподавал рисование, черчение, а иногда даже и физкультуру. Работу в школе я бросил в 71-м году, а в 80-м переехал жить в Петропавловск. Для меня всегда было проблемой выезжать из поселка, из-за этого пропускал много выставок и мероприятий. То время, что я провел в Палане, Тигиле, не прошло для меня даром. Я был страстным охотником, рыболовом и совершенно не скучал в этих местах. Но, думаю, пришло время перебираться в областной центр, и я это сделал.
- География ваших работ простирается далеко за пределы страны, вы много путешествуете. А есть на земле такое место, где вам больше всего нравиться рисовать?
- Когда начинаешь работать, то предпочтения уходят на второй план. Первые мои творческие поездки были в Болгарию, Югославию, я действительно много где был. Но еще больше мест, которые бы я хотел посетить. Только чтобы объездить весть мир, нужна жизнь в два раза длиннее. В любую поездку я беру с собой этюдники, холсты и рисую. Конечно, тяжело писать целый день, стоя на одном месте, да и пейзаж постоянно меняется. Только живопись стоит того, что бы спать по пять часов в сутки, и стоять под моросящим дождем. Для меня самым загадочным и притягательным местом была и остается Япония. Хотя я был там более десяти раз, но есть там что-то такое, во что я до сих пор не могу вникнуть. Как бы я ни старался, мне не удается до конца прочувствовать эту страну. Я даже немного изучал с преподавателем язык и когда приезжал в Японию последний раз, то практически не нуждался в переводчике.
Пишу я обычно то, что меня волнует в данный момент. Это не только пейзажи. Я не ограничиваю себя в узкие рамки. Бывает, такой портрет увидишь, такое лицо, что понимаешь – надо писать. Я даже не могу сказать, что у меня получается лучше. Одно время даже карикатуры пытался рисовать. Когда в 63-м году я ехал на Камчатку, у меня украли чемодан со всеми документами кроме паспорта. Мои вещи потом искали больше полугода, в конце концов, документы вернули. Я зарисовал свои тогдашние приключения, и они до сих пор у меня хранятся.
- А какими еще видами творчества помимо живописи вы занимаетесь?
- Профессионально я только рисую. Можно менять специальности, но не призвание. Хотя увлечения у меня есть. Я играю на рояле, причем, меня никто не учил. Какой инструмент мне попадает в руки, таким и начинаю заниматься. Одно время даже в Тигильской эстраде исполнял мелодии на аккордеоне. Чтобы достичь высокого уровня в чем-то, то надо заниматься только одним делом. Нельзя распыляться на все подряд, основной момент нужно посвящать работе.
У творческого человека должна быть цель, которая бы его толкала вперед. Я уже привык к тому, что рабочий день ненормированный, порой приходится трудиться по 20 часов в сутки. Поэтому времени на хобби не остается.
- А ваши дети тоже занимаются живописью?
- Я бы не сказал, что они пошли ровно по моим стопам. Старший сын, ему уже 42 года, окончил музыкальную школу, сейчас преподает историю. У меня еще две дочери, но они не занимаются профессионально живописью. А вот внучка закончила здесь художественное училище, в данное время учится в Москве на дизайнера. Она молодец! Ее напористость – это по мне! Без настойчивости я никогда бы не стал художником.
…Уходить из мастерской Феликса Тебиева не хочется. На улице метет пурга, а здесь тепло и уютно. И если бы не часы, отмеряющие вечность мелодичным боем, я ни за что бы не догадалось, что нахожусь здесь более двух часов, слишком уж легко и незаметно летит здесь время.
Евгения НАЗАРОВА.
|
Интернет-проект ИА «Азиатско-Тихоокеанский информационный центр».
|